Классификация надсоциальных оправданий
Sep. 17th, 2024 11:00 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
bantaputuТак уж случилось, что наши предки стремились к выживанию, действуя коллективно, и мы унаследовали это качество и соответствующую ему психологию, закреплëнную, видимо, отбором, как естественным, так и не очень. При коллективной деятельности наличие мотивации к ней предполагает периодическое оглядывание на мнение сообщества, с которым пришлось сотрудничать. Даже чтобы просто тянуть воз, необходимо время от времени проверять, не превратились ли тягловые индивидуумы в лебедя, рака и щуку. Постоянная сверка с настроением общества необходима практически и психологически.
Коллективная деятельность неизбежно предоставляет почву для соревнования, как в стремлении к общей цели, так и в стремлении затратить на достижение этой цели меньше усилий, чем другие участники, паразитировать на них. Второе явление настолько распространено, что может считаться естественным спутником всякой деятельности. Непременно найдëтся кто-то, стремящийся лишь делать вид, что он тянет лямку, но получать награду как передовик. Такие особи посылают сигналы, изначально разсчитанные на ошибочное прочтение другими членами сообщества. Неспособность фильтровать такие сигналы приводит к ошибочному представлению о настроении сообщества и, как следствие, к разладу в коллективной деятельности. Жулики и халявщики, присутствующие всегда и везде, не только отнимают у общества часть его усилий, но и дезорганизуют таковое. Наблюдение: "Наши достижения приватизируются негодяями" расхолаживает, уничтожает мотивацию к деятельности. Таким образом, без навыка отстранения от сигналов, поступающих от недобросовестных сотрудников, коллективная деятельность невозможна.
Резвая тройка, сознательное, подсознательное и безсознательное, давно отыскали весьма своеобразный способ сохранения мотивации к деятельности в условиях отрицательно влияющего социального шума. Это вынесение критерия деятельности за пределы общества, в некую воображаемую область, причём надëжно метод работает тогда, когда осознание воображаемой сущности критерия не выработано. Субъект может действовать во имя абстрактной цели, не подверженной профанации и обезцениванию действиями недобросовестных сотрудников. Это чрезвычайно эффективный приëм, который, несмотря на свою самообманную природу, настолько полезен на практике, что можно без преувеличения сказать: на нëм держится человеческое сообщество. Проблема внутриобщественной мотивации усугубляется стойкой привычкой к недоверию к сотрудникам, многие из которых часто проявляют признаки недобросовестности. Благодаря этой привычке, к сожалению оправданной, нормальной первой реакцией на любую информацию, поступающую от другого члена сообщества, является недоверие ("Нет пророка в своëм отечестве".) В таких обстоятельствах мысленное вынесение мотиватора за пределы сообщества оказывается ключевым условием деятельности, а способность к такому вынесению определяет возможность достижения сообществом успеха.
Выносной мотиватор, будучи воображаемым, помещается в область идеального и противостоит всему низменному, мірскому. Как мог бы сказать хан Темучин, "я смотрю на Безкрайнее Синее Небо потому, что уже видеть не могу ваши лживые монгольские физиономии". Аналогичным образом верующие мотивируются Богом или богами, таможенники Державой, за которую обидно, коммунисты Міровой Революцией, комбинаторы городом Рио-де-Жанейро, а дедушки и бабушки внуками. К воображаемому Идеальному Мотиватору не прилипает никакая "грязь", он всегда чист, свеж и готов мотивировать - для чего и необходим. Идея Идеального Мотиватора, наверное, лучшая из человеческих технологий, по красоте опережающая даже концепцию естественного отбора, а по полезности вообще всё иное.
Идеальный Мотиватор даëт оправдание деятельности и служит критерием еë успеха. В последнем качестве существует возможность разделить всех пользователей Мотиватора на две очень существенно различных между собой категории. Все люди делятся на два типа, которые мы условно назовём "кармисты" и "благословенные".
Взаимоотношения "кармистов" с Мотиватором построены по правилам игры с нулевой суммой: "если в одном месте прибавилось, в ином непременно убудет", и, соответственно, "ничто не появляется ниоткуда и не исчезает безследно". С точки зрения "кармиста" причинëнный кому-либо вред продолжает существовать как некое явление и рано или поздно настигает своего автора. "Кармисты" стараются выстраивать свою деятельность с учётом этого представления.
К "кармистам", относятся, в усреднëнном общем и целом, индийцы, русские, большая часть христиан ("традиционалисты") и анти-христиане, а также некоторые иные группы людей.
Взаимоотношения "благословенных" с Мотиватором построены по правилам игры с положительной либо отрицательной, но всегда ненулевой суммой. С точки зрения "благословенного" Мотиватор раскрывает своë отношение к нему, даруя или не даруя успех в деле. "Если я причинил другому вред, а мне вреда не причинили, значит Мотиватор на моей стороне и помогает мне". Понятие воздаяния, существующего как независимая сущность, при этом отсутствует, кармы в любом виде нет. Успешная охота благословенна по факту своей успешности, и наоборот.
Следует отметить, что "благословенные" отделяют отношения с Мотиватором от отношений с обществом и в отношениях с Мотиватором выступают как "кармисты". Не компенсируется за счёт вредителя только вред, причинëнный обществу, а вред, нанесëнный Мотиватору, компенструется неотвратимо.
К "благословенным" относятся китайцы, мусульмане, евреи, "левые", христиане-протестанты, особенно часто американцы.
Поясню употреблëнный ранее термин "анти-христиане". И христиане, и анти-христиане "кармисты", то есть помнят о воздаянии за шалости. Но христиане принимают карму как русский солдат удар штыком - грудью, приговаривая: "Mea culpa, виноват - отвечу". Анти-христиане же стремятся перенаправить удар на иное существо, "козла отпущения", и применяют для этого различные практики, включая оккультные. Общественная деятельность анти-христиан и христиан-"благословенных" часто похожа, однако это всё же различные группы людей.
Коллективная деятельность неизбежно предоставляет почву для соревнования, как в стремлении к общей цели, так и в стремлении затратить на достижение этой цели меньше усилий, чем другие участники, паразитировать на них. Второе явление настолько распространено, что может считаться естественным спутником всякой деятельности. Непременно найдëтся кто-то, стремящийся лишь делать вид, что он тянет лямку, но получать награду как передовик. Такие особи посылают сигналы, изначально разсчитанные на ошибочное прочтение другими членами сообщества. Неспособность фильтровать такие сигналы приводит к ошибочному представлению о настроении сообщества и, как следствие, к разладу в коллективной деятельности. Жулики и халявщики, присутствующие всегда и везде, не только отнимают у общества часть его усилий, но и дезорганизуют таковое. Наблюдение: "Наши достижения приватизируются негодяями" расхолаживает, уничтожает мотивацию к деятельности. Таким образом, без навыка отстранения от сигналов, поступающих от недобросовестных сотрудников, коллективная деятельность невозможна.
Резвая тройка, сознательное, подсознательное и безсознательное, давно отыскали весьма своеобразный способ сохранения мотивации к деятельности в условиях отрицательно влияющего социального шума. Это вынесение критерия деятельности за пределы общества, в некую воображаемую область, причём надëжно метод работает тогда, когда осознание воображаемой сущности критерия не выработано. Субъект может действовать во имя абстрактной цели, не подверженной профанации и обезцениванию действиями недобросовестных сотрудников. Это чрезвычайно эффективный приëм, который, несмотря на свою самообманную природу, настолько полезен на практике, что можно без преувеличения сказать: на нëм держится человеческое сообщество. Проблема внутриобщественной мотивации усугубляется стойкой привычкой к недоверию к сотрудникам, многие из которых часто проявляют признаки недобросовестности. Благодаря этой привычке, к сожалению оправданной, нормальной первой реакцией на любую информацию, поступающую от другого члена сообщества, является недоверие ("Нет пророка в своëм отечестве".) В таких обстоятельствах мысленное вынесение мотиватора за пределы сообщества оказывается ключевым условием деятельности, а способность к такому вынесению определяет возможность достижения сообществом успеха.
Выносной мотиватор, будучи воображаемым, помещается в область идеального и противостоит всему низменному, мірскому. Как мог бы сказать хан Темучин, "я смотрю на Безкрайнее Синее Небо потому, что уже видеть не могу ваши лживые монгольские физиономии". Аналогичным образом верующие мотивируются Богом или богами, таможенники Державой, за которую обидно, коммунисты Міровой Революцией, комбинаторы городом Рио-де-Жанейро, а дедушки и бабушки внуками. К воображаемому Идеальному Мотиватору не прилипает никакая "грязь", он всегда чист, свеж и готов мотивировать - для чего и необходим. Идея Идеального Мотиватора, наверное, лучшая из человеческих технологий, по красоте опережающая даже концепцию естественного отбора, а по полезности вообще всё иное.
Идеальный Мотиватор даëт оправдание деятельности и служит критерием еë успеха. В последнем качестве существует возможность разделить всех пользователей Мотиватора на две очень существенно различных между собой категории. Все люди делятся на два типа, которые мы условно назовём "кармисты" и "благословенные".
Взаимоотношения "кармистов" с Мотиватором построены по правилам игры с нулевой суммой: "если в одном месте прибавилось, в ином непременно убудет", и, соответственно, "ничто не появляется ниоткуда и не исчезает безследно". С точки зрения "кармиста" причинëнный кому-либо вред продолжает существовать как некое явление и рано или поздно настигает своего автора. "Кармисты" стараются выстраивать свою деятельность с учётом этого представления.
К "кармистам", относятся, в усреднëнном общем и целом, индийцы, русские, большая часть христиан ("традиционалисты") и анти-христиане, а также некоторые иные группы людей.
Взаимоотношения "благословенных" с Мотиватором построены по правилам игры с положительной либо отрицательной, но всегда ненулевой суммой. С точки зрения "благословенного" Мотиватор раскрывает своë отношение к нему, даруя или не даруя успех в деле. "Если я причинил другому вред, а мне вреда не причинили, значит Мотиватор на моей стороне и помогает мне". Понятие воздаяния, существующего как независимая сущность, при этом отсутствует, кармы в любом виде нет. Успешная охота благословенна по факту своей успешности, и наоборот.
Следует отметить, что "благословенные" отделяют отношения с Мотиватором от отношений с обществом и в отношениях с Мотиватором выступают как "кармисты". Не компенсируется за счёт вредителя только вред, причинëнный обществу, а вред, нанесëнный Мотиватору, компенструется неотвратимо.
К "благословенным" относятся китайцы, мусульмане, евреи, "левые", христиане-протестанты, особенно часто американцы.
Поясню употреблëнный ранее термин "анти-христиане". И христиане, и анти-христиане "кармисты", то есть помнят о воздаянии за шалости. Но христиане принимают карму как русский солдат удар штыком - грудью, приговаривая: "Mea culpa, виноват - отвечу". Анти-христиане же стремятся перенаправить удар на иное существо, "козла отпущения", и применяют для этого различные практики, включая оккультные. Общественная деятельность анти-христиан и христиан-"благословенных" часто похожа, однако это всё же различные группы людей.
