bantaputu | Заседание Дивана. Немного стратегии

Прочëл я у израильского, публичного эксперта:

"ВСУ ведут планомерную долговременную стратегическую кампанию по поражению российских тылов, с особым упором на критические звенья: аэродромы, ПВО, нефтяные сооружения. Генерал Залужный еще в 2022 сказал, что Россия ведет войну как ведет "из-за безнаказанности", потому что нет паритета в дальности средств поражения, и еще тогда увеличение дальности и количества таких ударов было определено как первостепенное стратегическое направление. Именно в этом разрезе и надо рассматривать все последние удары: их цель не какое-то единомоментное точечное большое поражение, а стремление к накопительному системному эффекту."

Допустим, что оно так есть, хотя пока украинская стратегическая кампания выглядит как усердные старания навозного жука снести гору. О будущем я ничего не могу сказать, а пока так. Вопрос, впрочем, не в этом.

Если в приведëнной мысли публичного эксперта поменять местами РФ и Украину, то ничего не изменится. РФ тоже проводит долговременную стратегическую кампанию по поражению украинских тылов с теми же самыми приоритетными целями и, что в данном случае интересно, с многократно бóльшим прямым разрушительным эффектом.

Вопрос: и как это повлияло на способность ВСУ вести боевые действия так, как они считают нужным?

Наверное, как-то повлияло, не может же не быть эффекта вообще. Однако по-моему ВСУ действуют исходя из двух факторов, из поступлений ВВТ и личного состава и из потерь на фронте. (А из чего, собственно, ещё?) Потери на фронте по определению не связаны со стратегией воздействия на тыл, а на поступлениях людей и техники в ВСУ поражения списочного состава типов целей, как мне кажется, отразились очень слабо. Где-то, наверное, происходят какие-то сбои, однако в целом система мобилизации и подготовки работает (ну, как работает, как украинцы могут работать), всё, что Запад хочет привезти, он привозит, местные производства пусть с автономными генераторами, но функционируют.

Определëнным исключением выглядит сокращение возможностей украинской ПВО усилиями российской стороны. Очевидно, что таковое сокращение расширило сферу применения российской авиации. Однако всё это касается более фронта, чем тыла. В украинский тыл российские ВКС как не летали, так и не летают.

Вот я и думаю: стратегическая кампания по подрыву тыла, ведомая в отношении сравнимого противника - она вообще имеет смысл? Или тут как с немецкими бомбардировками Англии (в обеих войнах), или как с арабской "войной на истощение" против Израиля, лучше было потратить те же ресурсы на что-нибудь другое? Не потому, что эффекта от подобных действий нет вообще, а потому, что эффект не соответствует поставленной стратегической цели - изменения способности противника вести войну так, как он был готов до того.

Добавлю вполне определëнное: паритет в дальности средств поражения тут вообще ни при чëм, это просто неверно поставленный вопрос. Тем более, что при соотношении географических размеров РФ и Украины такой паритет недостижим за счёт арифметического равенства дальностей. Паритет в способности поражать тылы мог бы играть роль в стратегии сдерживания в мирное время, сейчас же это просто "спортивный" фетиш для обывателей, имеющий значение разве что для поддержания боевого духа нации. На практике если одна сторона взялась выбить тылы другой, то выбиванием тылов первой это не парируется - если вообще таким образом достигается хоть что-то. В таком случае выбивать нужно не тылы, а средства нападения.

Возможно, что израильский публичный эксперт просто назвал средства нападения тылами, и получилось нечто сомнительное. Аэродром с бомбардировщиками, с которого производятся атаки - это же не тыл, верно?