bantaputu | О народной памяти

Мой отец, выросший в Грузии, разсказывает.

В Тбилиси в шестидесятых годах он был знаком с грузином, который однажды пригласил его поехать на выходных за город с компанией. Молодые люди на двух машинах, принадлежавших семье грузина и, может быть, кому-то из его друзей, поехали в загородный дом его семьи. Дом был расположен на горе неподалёку от известного среди знатоков храма Тимотесубани, который, как разсказывают, очень эффектно смотрится на закате. Большой дом был, как это принято у грузин, опоясан балконом, который на самом деле не балкон, а типичная итальянская лоджия. Друзья приехали и стали располагаться, и тут кто-то обнаружил, что они забыли взять с собой в дорогу хлеб.

Молодой хозяин сказал, что решит проблему. Он спустился под гору в видневшийся деревенский домик и вернулся - с пустыми руками. Но примерно через полтора часа на тропинке показалась процессия из четырёх или пяти женщин и мужчины, которые несли корзины с едой. В корзинах было сациви, разные сыры, пхали, лобио и вкуснейший, горячий, только что - специально для гостей - испечённый хлеб. Ни о каком денежном вознаграждении кормильцам не было и речи. Они принесли корзины, поставили их и ушли.

Молодой хозяин разрешил недоумение русского, объяснив: "Это наши бывшие крепостные". Имея в виду, конечно, потомков бывших крепостных.

Насколько позже, в конце шестидесятых, в Москве мой отец познакомился с молодым грузином, который был кандидатом наук и притом танцевал классический балет. Да, столь разносторонней была его личность. Раза два отцу довелось побывать у него дома. Грузин был из семьи профессоров, причём университетским образованием, судя по всему, занимались не только родители, но и дяди и тёти молодого человека. Отец разсказывает, что их большая семья занимала целый этаж в доме на улице Плеханова.

Этой семье потомки их бывших крепостных привозили продукты в Москву.

Не смею высказать какие-либо соображения по данному поводу, и не считаю их наличие обязательным, но лишь записываю услышанное.