К практике трудовой теории стоимости
Apr. 8th, 2021 04:24 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
bantaputuТрудовая теория стоимости Маркса как таковая не вызывает у меня отторжения. Ну, создаёт труд стоимость, и что плохого в этой идее? Пусть себе создаёт. Тем не менее, в этой теории есть интересный пробел, допускаемый её "левыми" сторонниками полу-сознательно (то есть, они понимают, что развивать теорию в определённом направлении им невыгодно). Нежелание закрывать этот пробел связано с тем, что "левые" склонны использовать ТТС и прочие теоретические построения как признаки неизбежности существования некоторых явлений. Применительно к ТТС они очень хотят, чтобы её существование свидетельствовало в пользу неизбежности определённых социальных отношений. То есть, им нужно, чтобы все думали, что некая абстрактная сущность заставляет людей вести себя некоторым образом. Занятно, что те же самые люди любят смеяться над идеей "невидимой руки рынка", которая есть такая же "принуждающая абстракция", как и трудовой обмен.
В ТТС есть участок, на котором физическое явление (затраты рабочего времени) переходит в представление участников обмена о стоимости. Поклонники ТТС исходят из представления об объективности процесса: "Замерили время рулеткой и поняли, что сколько стоит". Это очень"немецкая" идея, следует отметить. Я ничего не имею против рулетки как таковой, однако отмечу, что в этой схеме опущен промежуточный технологический процесс: прохождение данных о товаре через человеческую психологию. А ведь это прохождение нельзя игнорировать, тем более что оно имеет место с двух сторон процесса: у продавца и у покупателя; исходные данные параллельно у покупателя смешиваются с потребительной стоимостью или относительной полезностью, а у продавца с конъюнктурой рынка - в результате чего уже можно подойти к формированию цены товара. То есть, без анализа человеческой психологии как неотъемлемой части процесса формирования представления о стоимости мы упустим важный элемент картины, что неизбежно обернётся неучтёнными явлениями.
Человеческая же психология имеет одно важнейшее свойство: гибкость. В одних и тех же условиях она многовариантна.
Предположим, что на острове живут два человека. Один ловит рыбу, другой выращивает фрукты. Они могут обмениваться результатами своего труда. ТТС учит нас, что для осуществления обмена они должны замерить среднее рабочее время, потребное на вылов одной рыбы и выращивание одного банана, и в соответствии с этим установить обменное соотношение. Здравый смысл, однако, подсказывает, что два настоящих островитянина могут делать всё, что угодно, но до подобных измерений дойдут в последнюю очередь (если они не немцы). Вместо этого у них есть масса других возможностей. Они могут просто накрывать совместный стол и есть плоды труда обоих без учёта. Могут играть на рыбу и бананы в карты и в "обломи лося". Могут обмениваться по курсу "один банан за одну рыбу". Могут изготовить простой безмен и обмениваться по весовому эквиваленту. Могут учитывать сорт рыбы и спелость бананов, могут учитывать фазы Луны и настроение соседнего вулкана. Могут вообще ничем не обмениваться, а есть каждый своё. Могут поручить обмен своим жёнам, а сами ловить себе спокойно рыбу и собирать бананы. О технологии обмена между жёнами островитян я ничего не могу сказать, поскольку это явление не поддаётся систематизированному описанию.
Представляется вполне очевидным, что принципы обмена, то есть практическое применение представлений о стоимости продуктов, будет сильнейшим образом зависеть от психологии отношений между субъектами, каковая может зависеть от неопределимого числа факторов, а не только от степени усталости в процессе труда. В первую очередь важно, дружны ли между собой наши островитяне, и уже потом идёт всё остальное. Психология отношений может ввести в систему обмена настолько могущественные обстоятельства, что затраты рабочего времени полностью померкнут на их фоне. А может и не ввести - это одно из проявлений гибкости человеческой психологии.
Предположим, что к двум островитянам добавится третий, который решит ловить рыбу, что уже делает один из старожилов, и что третий тоже захочет бананов. Как он станет обмениваться с их производителем? Наиболее очевидное решение - "так же, как и другой", возможно, с поправкой на общее увеличение количества вылавливаемой рыбы, то есть на рыбную инфляцию. А как именно "так же"? Мы не знаем. Мы знаем, что, скорее всего, эквивалентность обмена будет определять обычай. Так оно в большинстве случаев и обстоит в реальности. "У нас слесари берут за такую работу столько-то". Цена товара определяется информацией об аналогичных сделках с поправкой на психологию конкретных отношений: "Но Вы старый заказчик и Вам я сделаю дешевле". Информация же об аналогичных сделках не содержит вообще никакой отсылки к трудозатратам, ожидаемым в данном конкретном случае. Она содержит информацию о результатах обработки неизвестных данных по неизвестным алгоритмам. Единственное обоснование цены в данном случае психолого-статистическое. Существо предмета как дела, требующего временных затрат, игнорируется.
Сказанное не означает, что ТТС неверна. Напротив, мысль, что затраты рабочего времени определяют стоимость товара, есть остроумная попытка рационализации хаоса торгово-денежных отношений. Но следует помнить о том, что стоимость это не физическая, а информационная величина, и что она не появляется сама по себе, как огненное начертание на стене, но является плодом деятельности "вычислителя", находящегося в голове человека. А конструкция этого "вычислителя" весьма своеобразна, и не просто часто, а как правило даёт результаты, далёкие от тех, которые немецкий бухгалтер назвал бы объективными.
В ТТС есть участок, на котором физическое явление (затраты рабочего времени) переходит в представление участников обмена о стоимости. Поклонники ТТС исходят из представления об объективности процесса: "Замерили время рулеткой и поняли, что сколько стоит". Это очень"немецкая" идея, следует отметить. Я ничего не имею против рулетки как таковой, однако отмечу, что в этой схеме опущен промежуточный технологический процесс: прохождение данных о товаре через человеческую психологию. А ведь это прохождение нельзя игнорировать, тем более что оно имеет место с двух сторон процесса: у продавца и у покупателя; исходные данные параллельно у покупателя смешиваются с потребительной стоимостью или относительной полезностью, а у продавца с конъюнктурой рынка - в результате чего уже можно подойти к формированию цены товара. То есть, без анализа человеческой психологии как неотъемлемой части процесса формирования представления о стоимости мы упустим важный элемент картины, что неизбежно обернётся неучтёнными явлениями.
Человеческая же психология имеет одно важнейшее свойство: гибкость. В одних и тех же условиях она многовариантна.
Предположим, что на острове живут два человека. Один ловит рыбу, другой выращивает фрукты. Они могут обмениваться результатами своего труда. ТТС учит нас, что для осуществления обмена они должны замерить среднее рабочее время, потребное на вылов одной рыбы и выращивание одного банана, и в соответствии с этим установить обменное соотношение. Здравый смысл, однако, подсказывает, что два настоящих островитянина могут делать всё, что угодно, но до подобных измерений дойдут в последнюю очередь (если они не немцы). Вместо этого у них есть масса других возможностей. Они могут просто накрывать совместный стол и есть плоды труда обоих без учёта. Могут играть на рыбу и бананы в карты и в "обломи лося". Могут обмениваться по курсу "один банан за одну рыбу". Могут изготовить простой безмен и обмениваться по весовому эквиваленту. Могут учитывать сорт рыбы и спелость бананов, могут учитывать фазы Луны и настроение соседнего вулкана. Могут вообще ничем не обмениваться, а есть каждый своё. Могут поручить обмен своим жёнам, а сами ловить себе спокойно рыбу и собирать бананы. О технологии обмена между жёнами островитян я ничего не могу сказать, поскольку это явление не поддаётся систематизированному описанию.
Представляется вполне очевидным, что принципы обмена, то есть практическое применение представлений о стоимости продуктов, будет сильнейшим образом зависеть от психологии отношений между субъектами, каковая может зависеть от неопределимого числа факторов, а не только от степени усталости в процессе труда. В первую очередь важно, дружны ли между собой наши островитяне, и уже потом идёт всё остальное. Психология отношений может ввести в систему обмена настолько могущественные обстоятельства, что затраты рабочего времени полностью померкнут на их фоне. А может и не ввести - это одно из проявлений гибкости человеческой психологии.
Предположим, что к двум островитянам добавится третий, который решит ловить рыбу, что уже делает один из старожилов, и что третий тоже захочет бананов. Как он станет обмениваться с их производителем? Наиболее очевидное решение - "так же, как и другой", возможно, с поправкой на общее увеличение количества вылавливаемой рыбы, то есть на рыбную инфляцию. А как именно "так же"? Мы не знаем. Мы знаем, что, скорее всего, эквивалентность обмена будет определять обычай. Так оно в большинстве случаев и обстоит в реальности. "У нас слесари берут за такую работу столько-то". Цена товара определяется информацией об аналогичных сделках с поправкой на психологию конкретных отношений: "Но Вы старый заказчик и Вам я сделаю дешевле". Информация же об аналогичных сделках не содержит вообще никакой отсылки к трудозатратам, ожидаемым в данном конкретном случае. Она содержит информацию о результатах обработки неизвестных данных по неизвестным алгоритмам. Единственное обоснование цены в данном случае психолого-статистическое. Существо предмета как дела, требующего временных затрат, игнорируется.
Сказанное не означает, что ТТС неверна. Напротив, мысль, что затраты рабочего времени определяют стоимость товара, есть остроумная попытка рационализации хаоса торгово-денежных отношений. Но следует помнить о том, что стоимость это не физическая, а информационная величина, и что она не появляется сама по себе, как огненное начертание на стене, но является плодом деятельности "вычислителя", находящегося в голове человека. А конструкция этого "вычислителя" весьма своеобразна, и не просто часто, а как правило даёт результаты, далёкие от тех, которые немецкий бухгалтер назвал бы объективными.
no subject
Date: 2021-04-08 02:15 pm (UTC)no subject
Date: 2021-04-10 06:00 am (UTC)Хоть даже миллиард долларов.
no subject
Date: 2021-04-10 05:57 am (UTC)Плохо в этом то, что подразумевается что стоимость создает всякий труд, а скрипач, то есть капиталист не нужен. Для марксистов не существует бесполезно трудящихся рабочих и бесполезно произведенных товаров, хотя это была серьезная проблема для СССР, где издавали миллионы книг, а книг все равно не хватало. Потому как издавали ненужную и бесполезную макулатуру.
> Сказанное не означает, что ТТС неверна.
Что ТТС неверная это общий 150летний консенсус в экономике.
Сторонники ТТС соответствуют сторонникам давно устаревшей теории эфира в физике.
Суть ТТС ведь даже не в том, что стоимость создается трудом, а в том, что рыночные цены прямо пропорциональны трудовым затратам, что очевидно не так. Есть миллионы примеров, когда ТТС не работает.
При создании софта при одинаковых трудовых затратах одна программа приносит миллиарды, а другая - ноль.