К теории социализма

Как мне уже приходилось писать, социализм это рынок, опосредованный произволом. "Ты можешь купить, если тебе разрешат." Произвол обезпечивает работой социалистов, превращая их в привилегированное сословие, а от рынка при социализме невозможно отказаться, поскольку иначе не над чем будет творить произвол. Социализм это паразитарная система, построенная на балансе сохранения жизнеспособности организма, которым пользуется паразит, и аппетита паразита.

Пресловутый социалистический дефицит это прямое следствие концепции социализма, поскольку распределение в условиях дефицита это основной источник авторитета властей. Технически дефицит легко создаëтся на макроуровне при помощи дисбаланса объëма выплат и цен, которого, в принципе, было бы легко не допустить, раз уж власти устанавливают и цены, и зарплаты. Задача властей в том, чтобы следить за тем, чтобы дисбаланс не стал чрезмерным, поскольку это подорвëт доверие к выплатам, люди перестанут работать за деньги, за которые ничего нельзя купить. Социалистические власти искусственно балансируют торговлю в довольно узком диапазоне, когда дефицит уже есть, но деньги ещё имеют ценность. В разные моменты это получается у них лучше или хуже. Если дефицит чрезмерен, люди разбредаются с заводов по огородам, если он недостаточен, власти теряют авторитет, поскольку к ним не обращаются за содействием в приобретении товаров.

Какое место при социализме занимает плановый характер хозяйственной деятельности? Почему социалисты так настаивают на его необходимости, если в основе всë равно лежит рынок и планируется ни что иное, как удовлетворение потребностей рынка? Плановый характер деятельности нужен для согласования интересов внутри правящего класса социалистов-паразитов и для препятствования его перерождению в класс предпринимателей. Единый народохозяйственный план имеет одну функцию - подавление местной инициативы. Отсутствие единого плана, то есть произвола над произволом, привело бы к тому, что местные "князьки" начали бы использовать рыночные механизмы для прямого обогащения, которое в условиях социалистических дефицитов просто напрашивается. Это привело бы к быстрому разрушению всей системы, как концептуальному, через перерождение власти из распределяющей в предпринимающую, социализма в государственный капитализм, так и благодаря конфликтам между группировками, стремящимися нажиться на сокращающемся дефиците. Плановый характер хозяйствования необходим для поддержания внутриэлитного мира и сохранения социалистических ценностей, это его единственная задача.

Некоторые аналитики определяли социализм как государственный капитализм, но это неверно. Социализм постоянно испытывает искушение превратиться в государственный капитализм и остаëтся социализмом постольку, поскольку преодолевает это искушение, практически действуя репрессивными мерами - плановость экономики это репрессия против местной инициативности, которая без централизованного контроля очень быстро превратит предприятия в источники "быстрого" дохода, чему будет способствовать некоторый избыток денег, который присутствует в социализме постоянно, создавая дефицит. Формальный платежеспособный спрос при социализме всегда есть, денежная масса достаточна для роста. Но использование этой возможности - политическое преступление против социализма, выглядящее как преступление экономическое. За подобное в СССР были осуждены сотни тысяч "хозяйственников".

Плановый характер деятельности порождает и иной соблазн: выполнять плановые показатели и больше ни о чëм не думать. Всё бы хорошо, но формальное выполнение требований не обезпечивает достижения результата в такой степени, что даже имеет иное название, "итальянская забастовка". Если в Живом Журнале начнут требовать выдачу некоторого количества печатных знаков в месяц, то план мы, конечно, выполним, компиляция и копипаста нам помогут, но читать это никто не будет, ЖЖ умрëт. Столкнувшись с этим, социалистические власти решили вводить дополнительные показатели успешности и много экспериментировали в этой области, хотя их фантазия обычно ограничивалась распространением плановости на финансовые показатели, что имело мало смысла при централизованном доступе к инвестициям и, соответственно, ограниченности предпринимательской активности.

При социализме хозяйственные руководители постоянно находятся в состоянии стресса, вызванного многослойным противоречием "заработать можно, но запрещено, но предписывается", при наличии серьëзных карьерных и даже уголовных рисков в случае ошибки, которая неизвестно в чëм состоит. Этот стресс и усталость от него есть, видимо, основная претензия социалистических элит к своей собственной системе отношений. Люди не понимали правил игры. Типичное высказывание ученика партийной школы того времени: "Читаю в учебнике про политэкономию капитализма - всё понимаю; читаю про политэкономию социализма - ничего не понимаю". Поиск "понятной системы" это важная эмоциональная движущая сила этапа отказа от социализма. О том, что "понятная" система является упрощëнно-сказочным описанием реальности, упускающем многие принципиальные моменты, советским людям никто не говорил.

К теме советского наследства

Утверждение, которое цитируют как высказывание господина Путина во время интервью господину Карлсону (сам я данный предмет не смотрел и не читал, извините), и согласно которому Россия сознательно развалила СССР, чтобы сблизиться с Западом, не представляет собой ничего ужасного и может быть довольно легко объяснено.

О чëм идëт речь? СССР был относительно независимой страной, имевшей свою сферу влияния - страны СЭВ и некоторые другие. В послевоенном міре это была хорошая позиция. Уж как Советский Союз использовал своë положение и для чего, другой вопрос, но оно существовало. После 1945 года планета в целом находилась под абсолютной гегемонией США, американского флота и доллара как единой меры стоимости/единого платëжного средства в международной торговле. СССР оспаривал эту гегемонию, а США еë защищали. С целью обезпечения этой защиты Америка вступила в союзнические отношения с двумя странами, Великобританией и Францией, способности которых были Америке полезны. Без фактора необходимости защиты своей гегемонии данный союз не имел смысла и был даже противоестественным, поскольку по состоянию на 1945 год и Англия, и Франция оставались колониальными державами, США же были последовательными борцами против колониализма (и за замену его отношениями в рамках их планетарной гегемонии, естественно). Это был единственный пункт, в котором политики США и СССР сходились друг с другом; кульминацией этого схождения явилось совместное выступление обеих сверхдержав против англо-франко-израильской агрессии в Египте. После распада колониальной системы в районе 1960 года почва для совместных действий ослабла.

Поскольку США нуждались во Франции и Англии как в союзниках, они, вопреки своей основной антиколониальной политике, пошли на соглашение, предусматривавшее компромисс. Англия и Франция стали привилегированными союзниками США. Им и только им было позволено сохранить за собой сферы влияния, ограниченные их бывшими колониальными владениями - с серьëзным исключением в виде Бхарата (Индии), которая была слишком амбициозна, чтобы оставаться в чьей-либо сфере влияния. Также США постепенно прибрали к рукам Пакистан как тоже слишком большой для англичан кусок. В целом же статус Англии и Франции соответствовал статусу владетельных герцогов.

В определëнный момент советская элита стала разсматривать изменение геополитической роли СССР на более выгодное. ОнОна присмотрела существовавшее, как ей показалось, местечко рядом с Англией и Францией - третьим привилегированным союзником США. Выгода перемены была очевидна: прекращение довольно безполезного и даже опасного глобального противостояния держав с заменой его на сотрудничество в рамках признания глобальной гегемонии Америки и при сохранении советской сферы влияния. Пресловутое обещание не расширять НАТО на восток, данное когда-то Горбачëву, означало сохранение Восточной Европы в советской (или российской) сфере влияния. Совершенно естественно, распуская СССР, уже российские элиты во главе с Ельциным предполагали, что всё пространство бывшей сверхдержавы также останется в их сфере влияния.

Ничему из этого не было суждено сбыться. Во-первых, все бывшие подконтрольные Москве территории обзавелись национальными элитами, приведëнными к власти фактом независимости их стран, и ради своей легитимности активно отстаивавшими эту независимость против Москвы. Во-вторых, американцы, как люди довольно простые, решили, что они никому ничего не должны, и что можно, пользуясь случаем, просто пограбить, Москве же ничего не давать. В-третьих, идея сделать Россию третьим привилегированным союзником США, натолкнулась на противодействие двух первых, Англии и Франции, которые сочли такое "уплотнение" покушением на свою "жилплощадь". Кстати, отметим, это было их ошибкой; теперь США, которые нуждаются в укреплении ради противостояния Китаю, отберут и их сферы влияния, лишив их привилегий, тогда как втроëм можно было бы попробовать отбиться. Что до прожекта советского руководства, то вполне очевидно, что он был авантюрным и не учитывал реалий, с которыми пришлось иметь дело, а также естественной социальной механики. Советское руководство было крайне некомпетентным в таких вопросах.

Далее США постепенно "подъели" всю сферу влияния СССР, кроме Белоруссии, которую Кремлю пока удалось отстоять, и, отчасти, Сербии, которая в сферу влияния СССР и не входила. Противостояние на территории бывшей УССР это Война за советское наследство, как она и должна называться, на которую кремлëвские политики пошли в ситуации, когда дальше отступать было уже некуда.

Отметим, что предположение, что господин Путин пытается возстановить СССР, совершенно неадекватно. Он пытается разрушить СССР, но по другим правилам. Не склеить чашку, а разбить еë по-иному. Это матч-реванш за неуспех Горбачёва и Ельцина. Однако правила изменились; вхождение РФ в число американских союзников на правах Англии и Франции едва ли возможно, хотя бы потому, что прав Англии и Франции больше нет, их почти разрушили. Старая система, скреплëнная Холодной войной, рухнула вместе с Холодной войной, и возвращаться просто некуда. Сейчас РФ бьëтся за свою сферу влияния, которую просто некому признать, такой системы международных отношений больше нет. Есть Америка и есть Китай. Кого хочешь выбирай.