Дело для революционной партии
Mar. 28th, 2014 04:24 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
bantaputuРеволюционерам и радикальным оппозиционерам в современном мире трудно. Их деятельности мешают две особенности современного мира.
Первая. "Фантомность" любой информации, ставшая следствием общей эмансипации сферы общения людей в ходе модернизационных процессов. Современная цивилизация настолько хорошо научилась производить информацию как независимую сущность, что любое сведение, решение или действие опытным современным человеком ставится под сомнение как возможно не подлинное. Любые лозунг, план, факт, доказательство можно истолковать множеством способов. Попытки опереться при анализе на некий догматический понятийный аппарат страдают от своего основного достоинства - догматичности понятийного аппарата, попытки же сделать понятийный аппарат более гибким сразу же уводят в бесконечное зазеркалье фантомов. Любое подлинное явление легко дискредитируется во множестве плодимыми обществом и властями почти неотличимыми от этого явления симулякрами. Поэтому добиться осознания массами революционной партии как революционной невероятно сложно.
Вторая. "Локальность" любого достигнутого практического результата по сравнению с "анизотропно глобализированной" реальностью. Под анизотропной глобализацией я подразумеваю всемирное, "безбарьерное" распространение явлений и процессов, комплиментарных по отношению к правящим классам, и сохранение старых, национальных, религиозных и прочих подобных препятствий на пути распространения явлений и процессов, комплиментарных по отношению к угнетённым классам. (Оговорка: это не относится к потреблению, поскольку потребление как таковое есть явление, не содержащее классовой составляющей). В целом создаётся ощущение, что мир, в котором живут и действуют правящие классы, имеет на одно измерение больше, чем мир угнетённых классов. Поэтому там, где революционеры вынуждены продираться сквозь барьеры "на плоскости", их оппоненты используют преимущества "трёхмерной" среды для коммуникации, концентрации сил, "заходов в тыл" и т. д. Я не знаю, как это получается, но выглядит всё именно так.
В описанных условиях эффективная работа любой революционной или радикально оппозиционной партии чрезвычайно затруднена. Любое слово трудноотличимо от "белого шума", любое успешное действие является "игрой в песочнице".
Единственным явлением, относительно легко преодолевающим "фантомность" мировосприятия современного человека, является насилие (в различных формах).
Единственным средством преодоления "анизотропной глобализации" является предложение, восполняющее всемирный дефицит чего-либо.
Единственным способом, теоретически позволяющим революционной или радикально оппозиционной политической силе добиться актуальности своей деятельности для масс, является восполнение всемирного дефицита насилия в какой-то области.
Область, в которой во всём мире (или, по крайней мере, в большей его части) наличествует острый дефицит, и которая тесно связана с насилием, существует. Это правосудие. Современное предложение на этом рынке в целом ограниченно, низкокачественно, а зачастую и просто вредно - причём нередко как для угнетённых, так и для господствующих классов.
Вообще, единственным способом стать нужным людям является обнаружение какой-либо потребности и удовлетворение её общественно приемлемым способом ("общественная приемлемость" условна; степень приемлемости - вопрос в каждом случае дискуссионный). Добавлю: воспроизводящимся способом - если мы хотим долговечности созидаемого.
С этой точки зрения оптимальной основой для развития революционной или радикально оппозиционной партией широко востребованной общественно полезной деятельности является как соответствующее, так и не соответствующее законным процедурам осуществление правосудия.
Для снижения влияния анизотропности глобализации представляется целесообразным ограничение сферы применения революционного правосудия универсальным для человечества набором составов преступления, особо выделив действия, направленные на развязывание войн.
Главной опасностью описанного подхода является неиллюзорная вероятность перерождения революционного правосудия в свою противоположность. Единственным средством от этого является строгое следование изначально оговорённым и обнародованным принципам и процедурам.
Первая. "Фантомность" любой информации, ставшая следствием общей эмансипации сферы общения людей в ходе модернизационных процессов. Современная цивилизация настолько хорошо научилась производить информацию как независимую сущность, что любое сведение, решение или действие опытным современным человеком ставится под сомнение как возможно не подлинное. Любые лозунг, план, факт, доказательство можно истолковать множеством способов. Попытки опереться при анализе на некий догматический понятийный аппарат страдают от своего основного достоинства - догматичности понятийного аппарата, попытки же сделать понятийный аппарат более гибким сразу же уводят в бесконечное зазеркалье фантомов. Любое подлинное явление легко дискредитируется во множестве плодимыми обществом и властями почти неотличимыми от этого явления симулякрами. Поэтому добиться осознания массами революционной партии как революционной невероятно сложно.
Вторая. "Локальность" любого достигнутого практического результата по сравнению с "анизотропно глобализированной" реальностью. Под анизотропной глобализацией я подразумеваю всемирное, "безбарьерное" распространение явлений и процессов, комплиментарных по отношению к правящим классам, и сохранение старых, национальных, религиозных и прочих подобных препятствий на пути распространения явлений и процессов, комплиментарных по отношению к угнетённым классам. (Оговорка: это не относится к потреблению, поскольку потребление как таковое есть явление, не содержащее классовой составляющей). В целом создаётся ощущение, что мир, в котором живут и действуют правящие классы, имеет на одно измерение больше, чем мир угнетённых классов. Поэтому там, где революционеры вынуждены продираться сквозь барьеры "на плоскости", их оппоненты используют преимущества "трёхмерной" среды для коммуникации, концентрации сил, "заходов в тыл" и т. д. Я не знаю, как это получается, но выглядит всё именно так.
В описанных условиях эффективная работа любой революционной или радикально оппозиционной партии чрезвычайно затруднена. Любое слово трудноотличимо от "белого шума", любое успешное действие является "игрой в песочнице".
Единственным явлением, относительно легко преодолевающим "фантомность" мировосприятия современного человека, является насилие (в различных формах).
Единственным средством преодоления "анизотропной глобализации" является предложение, восполняющее всемирный дефицит чего-либо.
Единственным способом, теоретически позволяющим революционной или радикально оппозиционной политической силе добиться актуальности своей деятельности для масс, является восполнение всемирного дефицита насилия в какой-то области.
Область, в которой во всём мире (или, по крайней мере, в большей его части) наличествует острый дефицит, и которая тесно связана с насилием, существует. Это правосудие. Современное предложение на этом рынке в целом ограниченно, низкокачественно, а зачастую и просто вредно - причём нередко как для угнетённых, так и для господствующих классов.
Вообще, единственным способом стать нужным людям является обнаружение какой-либо потребности и удовлетворение её общественно приемлемым способом ("общественная приемлемость" условна; степень приемлемости - вопрос в каждом случае дискуссионный). Добавлю: воспроизводящимся способом - если мы хотим долговечности созидаемого.
С этой точки зрения оптимальной основой для развития революционной или радикально оппозиционной партией широко востребованной общественно полезной деятельности является как соответствующее, так и не соответствующее законным процедурам осуществление правосудия.
Для снижения влияния анизотропности глобализации представляется целесообразным ограничение сферы применения революционного правосудия универсальным для человечества набором составов преступления, особо выделив действия, направленные на развязывание войн.
Главной опасностью описанного подхода является неиллюзорная вероятность перерождения революционного правосудия в свою противоположность. Единственным средством от этого является строгое следование изначально оговорённым и обнародованным принципам и процедурам.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2014-03-28 09:16 am (UTC)no subject
Date: 2014-03-28 09:41 am (UTC)Но восхищен. Гармония текста просто шикарна. Как мелодия.
И без всякой иронии. А то знаю я местных. Везде видят подвох. ))
no subject
Date: 2014-03-28 09:45 am (UTC)no subject
Date: 2014-03-28 09:58 am (UTC)Я, кстати понимаю первую фразу так:
Возможность выбирать общение в разных социальных сферах привело общество к потере нравственных ориентиров, принятых в своем социальном слое, привело к постоянной потребности потреблять эти ориентиры через навязываемый опыт экранного (текстового) персонажа. Твердость же информации проявляется через монитор или бумагу, а не через живой источник.