О прошлом и перспективе русского искусства
Apr. 8th, 2023 10:53 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
bantaputuВремя от времени какой-нибудь автор задумывается о причинах упадка русской литературы в XX веке, а следом непременно обращает внимание на удивительность еë разцвета в веке XIX, разцвета быстрого и как бы неподготовленного. Между тем, весьма несложно предположить прямую взаимосвязь между качеством литературы и качеством образования. Такая взаимосвязь едва ли не лучшее объяснение как разцвета, так и упадка, и объяснение вполне социально продуктивное, то есть описывающее внятную и достижимую ценность. Этим объяснением можно удовлетвориться, по крайней мере вчерне, и двигаться дальше. Если есть желание, конечно.
Если разсуждать и далее, можно задать вопрос о причине бурного роста качества образования в России в конце XVIII - начале XIX веков, предполагая при этом речь об образовании элитного сообщества, преимущественно создававшего и читавшего литературу. Здесь тоже можно найти несложный ответ. После получения от Императора Петра III известных вольностей элитное сообщество пришло к общему внутреннему ощущению, что его мір стал довольно совершенным, и что улучшать его концептуально более не требуется. Если мір уже довольно совершенен, то людям, живущим в нëм, остаëтся либо убить себя безделием, либо совершенствовать уже самих себя, в первую очередь своих детей - хотя и самих себя лично тоже, примером какового подхода является граф Лев Толстой. При таком міроощущении сообщества появление высококачественного образования и, как следствие образованности и стремления к совершенству, великого искусства не должно удивлять. Пëтр III вполне может пониматься как отец Великой русской литературы и Великой русской музыки.
Напротив, советское общество, согласно его собственной идеологии, было ориентировано на улучшение міра, причëм улучшение концептуально безконечное, а практически, ввиду непобеждëнности глобального капитала, недостижимое в своëм следующем ключевом этапе. Если общество ориентировано на улучшение внешнего міра и расходует все свои усилия на наполнение этой бездонной бочки, обращаться к самому себе ему некогда. Нужно всë время спешить; "У нас есть десять лет, иначе нас сомнут", "Нужно обогнать их в гонке", и так далее. У советского человека всегда
что-то "горит", либо план, либо трубы. Заниматься собой в таких условиях просто некогда. Образование и приходит в упадок. Долгое время большевицкие власти принципиально старались не дать своим трофейным народам почувствовать, что они пришли к сколько-то удовлетворительному результату; представитель советской литературы Маяковский заявлял, что желание "отдохнуть у этой речки" греховно само по себе.
В рамках описанной схемы несложно объяснить известный рост качества русской литературы во время Оттепели. С точки зрения качества образования, этот рост был обезпечен поколением, которое училось ещё у представителей дореволюционного поколения и могло перенять некоторые достойные черты его. Это то, что не досталось уже моему поколению. С точки зрения удовлетворëнности общества своим состоянием, смерть Сталина дала людям ощущение долгожданного освобождения, Победа дала ощущение безопасности, улучшение качества жизни, строительство какого-никакого, но жилья дало ощущение достижения минимального бытового комфорта, самодовольство Коммунистической партии, провозгласившей, что мы ведëм мирное сосуществование с капитализмом и что коммунизм не за горами, дал ощущение, что завтра всех не бросят в новые окопы. Всë это в совокупности позволило обществу думать, что оно пришло к пусть скромно оборудованной, но остановке в бешеной гонке, и что теперь можно заняться самими собой.
Продолжая предложенный сюжет с современными героями, несложно заметить, что нынешнее состояние русского общества никак не предполагает ощущения того, что мы чего-то достигли, и ничем не выдаëт рост качества образования. Мы находимся в состоянии, прямо противоречащем условиям, необходимым для появления большого искусства.
Измениться эти условия могут в случае возникновения Русского национального государства, которое мы сможем понимать как некое достижение, далее которого двигаться во внешней среде нет надобности. Даже относительно небольшое Русское национальное государство может привести к новому разцвету русского искусства.
Если разсуждать и далее, можно задать вопрос о причине бурного роста качества образования в России в конце XVIII - начале XIX веков, предполагая при этом речь об образовании элитного сообщества, преимущественно создававшего и читавшего литературу. Здесь тоже можно найти несложный ответ. После получения от Императора Петра III известных вольностей элитное сообщество пришло к общему внутреннему ощущению, что его мір стал довольно совершенным, и что улучшать его концептуально более не требуется. Если мір уже довольно совершенен, то людям, живущим в нëм, остаëтся либо убить себя безделием, либо совершенствовать уже самих себя, в первую очередь своих детей - хотя и самих себя лично тоже, примером какового подхода является граф Лев Толстой. При таком міроощущении сообщества появление высококачественного образования и, как следствие образованности и стремления к совершенству, великого искусства не должно удивлять. Пëтр III вполне может пониматься как отец Великой русской литературы и Великой русской музыки.
Напротив, советское общество, согласно его собственной идеологии, было ориентировано на улучшение міра, причëм улучшение концептуально безконечное, а практически, ввиду непобеждëнности глобального капитала, недостижимое в своëм следующем ключевом этапе. Если общество ориентировано на улучшение внешнего міра и расходует все свои усилия на наполнение этой бездонной бочки, обращаться к самому себе ему некогда. Нужно всë время спешить; "У нас есть десять лет, иначе нас сомнут", "Нужно обогнать их в гонке", и так далее. У советского человека всегда
что-то "горит", либо план, либо трубы. Заниматься собой в таких условиях просто некогда. Образование и приходит в упадок. Долгое время большевицкие власти принципиально старались не дать своим трофейным народам почувствовать, что они пришли к сколько-то удовлетворительному результату; представитель советской литературы Маяковский заявлял, что желание "отдохнуть у этой речки" греховно само по себе.
В рамках описанной схемы несложно объяснить известный рост качества русской литературы во время Оттепели. С точки зрения качества образования, этот рост был обезпечен поколением, которое училось ещё у представителей дореволюционного поколения и могло перенять некоторые достойные черты его. Это то, что не досталось уже моему поколению. С точки зрения удовлетворëнности общества своим состоянием, смерть Сталина дала людям ощущение долгожданного освобождения, Победа дала ощущение безопасности, улучшение качества жизни, строительство какого-никакого, но жилья дало ощущение достижения минимального бытового комфорта, самодовольство Коммунистической партии, провозгласившей, что мы ведëм мирное сосуществование с капитализмом и что коммунизм не за горами, дал ощущение, что завтра всех не бросят в новые окопы. Всë это в совокупности позволило обществу думать, что оно пришло к пусть скромно оборудованной, но остановке в бешеной гонке, и что теперь можно заняться самими собой.
Продолжая предложенный сюжет с современными героями, несложно заметить, что нынешнее состояние русского общества никак не предполагает ощущения того, что мы чего-то достигли, и ничем не выдаëт рост качества образования. Мы находимся в состоянии, прямо противоречащем условиям, необходимым для появления большого искусства.
Измениться эти условия могут в случае возникновения Русского национального государства, которое мы сможем понимать как некое достижение, далее которого двигаться во внешней среде нет надобности. Даже относительно небольшое Русское национальное государство может привести к новому разцвету русского искусства.
