Что есть хорошего в ситуации в Белоруссии
Aug. 18th, 2020 11:58 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
bantaputuХорошего там, наверное, немало. Я отмечу лишь три обстоятельства из числа имеющих отношение к вопросу судьбы русской нации, которые мне наиболее очевидны.
1. В Белоруссии нет конфликта, который можно было бы использовать для раскола белорусского общества на, условно, литвинов и русских. Я имею в виду "фактический" конфликт; фантазий-то можно сочинить много. Для сравнения: на Украине такой конфликт есть, он всем известен и искусственно поддерживается в состоянии, наиболее удобном для длительного "подогрева" анти-русских настроений. Я не утверждаю, что нельзя создать в Белоруссии такой конфликт, но в данный момент его нет. И я не вижу "готового" материала для такого конфликта - какой-нибудь территории, которую Москва могла бы отторгнуть у белорусов, какого-либо "русского" сепаратистского региона, и так далее - ничего похожего на обстоятельства, естественно сложившиеся на Украине. Надеюсь, так и останется - конфликта не будет.
Несомненно, у "литвинизаторов" остаются инструменты пропаганды. Но без "живого" конфликта в духе: "Отомстим за Пёрл-Харбор!" подавляющему большинству людей будет глубоко безразлично, правили ими ранее московиты или литовцы, и на чьей стороне их предки сражались лет 600 тому назад. Без "болевого" эффекта разговорами о прошлом массовое сознание не "раскачать".
2. Существуют опасения: а что, если белорусов заставят говорить по-белорусски и тем самым "дерусифицируют"? Лично меня белорусский язык особо не пугает. Ну, диалект русского языка, ну объявленный самостоятельным языком, ну с какими-то западно-славянскими вкраплениями. И что? Почему разговор на белорусском должен лишить человека русскости? Русские аристократы часто говорили на иностранных языках лучше, чем на русском, и общались, нередко, на них же. Пушкин читал Библию на французском, например. Если в этих людях было что-то нерусское, то, полагаю, всё же не из-за знания ими ещё нескольких европейских языков (русский это обычный европейский язык, напомню).
Возможно, впрочем, что в моём безстрашии перед белорусским языком играет определяющую роль эффект отсутствия - учить-то его, если что, не мне. А вот белорусы, вполне возможно, придерживаются иного мнения. (Было бы неплохо спросить их об этом - демократическим способом). В первой половине девяностых годов белорусов пытались перевести на белорусский, и им это сильно не понравилось. В своё время Лукашенко был впервые избран, в том числе, на волне недовольства белорусов белоруссизацией. Изменилось ли мнение белорусов за прошедшую четверть века? Я не знаю, но если разсуждать теоретически - с чего бы? 25 лет спокойно разговаривать на русском - и вдруг возмечтать перейти на диалект? А смысл?
Если белорусов начнут заставлять говорить именно на белорусском, они возьмут, да и снова изберут себе власть, которая с этим покончит. Это вполне возможно - если у них будет демократия.
Белорусов белоруссизируют с начала двадцатых годов прошлого века. Нельзя сказать, чтобы в этом деле достигнуты решаюшие успехи. Может быть, у белорусов иммунитет против навязывания им идентичности? У всех порядочных людей есть такой иммунитет. Почему бы ему не быть у белорусов?
Добавлю, что в силу объективных обстоятельств белорусский язык оснащён менее разнообразной лексикой, чем русский, и не обеспечивает доступ к столь же большому корпусу литературы всех видов, в том числе технической. Едва ли белорусы не понимают, что вытеснять русский белорусским не в их объективных интересах. Как традиция краеведческого типа белорусский язык вполне уместен, но как основной рабочий может и не справиться со своими задачами.
3. Многие наблюдатели уже отметили один интереснейший факт. А я добавлю, что лично мне этот факт кажется очень привлекательным. В Белоруссии диктатуре противостоит, помимо прочих, рабочий класс. Противостоит, в первую очередь, потому, что он там есть. В этом смысле Лукашенко сам сохранил своего, возможно, могильщика. Интуитивно я чувствую в наличии способного быть политически активным рабочего класса что-то очень здоровое. Политическую субъектность в Белоруссии проявляют не просто случайно собравшиеся люди с убеждениями, но люди, прочно стоящие ногами на земле. Без "почвы" демократия приживается плохо.
Коммунисты могут тоже порадоваться активности белорусского пролетариата, но только глупые коммунисты. Умные коммунисты знают, что подавление политической активности рабочих и крестьян это основная задача Советской власти. Обладающие политической субъектностью рабочие и крестьяне это могильщики не буржуазии, но коммунизма.
Не могу сказать, что я непременно верю в свободное политическое будущее белорусов. Напротив, трудности, стоящие перед ними, способны привести даже в отчаяние. Однако при мысли о Белоруссии я всегда обнаруживаю в себе скромную, но радостную надежду. Шансов стать свободной и демократической у этой страны больше, чем у любой другой территории, заселённой русскими.
1. В Белоруссии нет конфликта, который можно было бы использовать для раскола белорусского общества на, условно, литвинов и русских. Я имею в виду "фактический" конфликт; фантазий-то можно сочинить много. Для сравнения: на Украине такой конфликт есть, он всем известен и искусственно поддерживается в состоянии, наиболее удобном для длительного "подогрева" анти-русских настроений. Я не утверждаю, что нельзя создать в Белоруссии такой конфликт, но в данный момент его нет. И я не вижу "готового" материала для такого конфликта - какой-нибудь территории, которую Москва могла бы отторгнуть у белорусов, какого-либо "русского" сепаратистского региона, и так далее - ничего похожего на обстоятельства, естественно сложившиеся на Украине. Надеюсь, так и останется - конфликта не будет.
Несомненно, у "литвинизаторов" остаются инструменты пропаганды. Но без "живого" конфликта в духе: "Отомстим за Пёрл-Харбор!" подавляющему большинству людей будет глубоко безразлично, правили ими ранее московиты или литовцы, и на чьей стороне их предки сражались лет 600 тому назад. Без "болевого" эффекта разговорами о прошлом массовое сознание не "раскачать".
2. Существуют опасения: а что, если белорусов заставят говорить по-белорусски и тем самым "дерусифицируют"? Лично меня белорусский язык особо не пугает. Ну, диалект русского языка, ну объявленный самостоятельным языком, ну с какими-то западно-славянскими вкраплениями. И что? Почему разговор на белорусском должен лишить человека русскости? Русские аристократы часто говорили на иностранных языках лучше, чем на русском, и общались, нередко, на них же. Пушкин читал Библию на французском, например. Если в этих людях было что-то нерусское, то, полагаю, всё же не из-за знания ими ещё нескольких европейских языков (русский это обычный европейский язык, напомню).
Возможно, впрочем, что в моём безстрашии перед белорусским языком играет определяющую роль эффект отсутствия - учить-то его, если что, не мне. А вот белорусы, вполне возможно, придерживаются иного мнения. (Было бы неплохо спросить их об этом - демократическим способом). В первой половине девяностых годов белорусов пытались перевести на белорусский, и им это сильно не понравилось. В своё время Лукашенко был впервые избран, в том числе, на волне недовольства белорусов белоруссизацией. Изменилось ли мнение белорусов за прошедшую четверть века? Я не знаю, но если разсуждать теоретически - с чего бы? 25 лет спокойно разговаривать на русском - и вдруг возмечтать перейти на диалект? А смысл?
Если белорусов начнут заставлять говорить именно на белорусском, они возьмут, да и снова изберут себе власть, которая с этим покончит. Это вполне возможно - если у них будет демократия.
Белорусов белоруссизируют с начала двадцатых годов прошлого века. Нельзя сказать, чтобы в этом деле достигнуты решаюшие успехи. Может быть, у белорусов иммунитет против навязывания им идентичности? У всех порядочных людей есть такой иммунитет. Почему бы ему не быть у белорусов?
Добавлю, что в силу объективных обстоятельств белорусский язык оснащён менее разнообразной лексикой, чем русский, и не обеспечивает доступ к столь же большому корпусу литературы всех видов, в том числе технической. Едва ли белорусы не понимают, что вытеснять русский белорусским не в их объективных интересах. Как традиция краеведческого типа белорусский язык вполне уместен, но как основной рабочий может и не справиться со своими задачами.
3. Многие наблюдатели уже отметили один интереснейший факт. А я добавлю, что лично мне этот факт кажется очень привлекательным. В Белоруссии диктатуре противостоит, помимо прочих, рабочий класс. Противостоит, в первую очередь, потому, что он там есть. В этом смысле Лукашенко сам сохранил своего, возможно, могильщика. Интуитивно я чувствую в наличии способного быть политически активным рабочего класса что-то очень здоровое. Политическую субъектность в Белоруссии проявляют не просто случайно собравшиеся люди с убеждениями, но люди, прочно стоящие ногами на земле. Без "почвы" демократия приживается плохо.
Коммунисты могут тоже порадоваться активности белорусского пролетариата, но только глупые коммунисты. Умные коммунисты знают, что подавление политической активности рабочих и крестьян это основная задача Советской власти. Обладающие политической субъектностью рабочие и крестьяне это могильщики не буржуазии, но коммунизма.
Не могу сказать, что я непременно верю в свободное политическое будущее белорусов. Напротив, трудности, стоящие перед ними, способны привести даже в отчаяние. Однако при мысли о Белоруссии я всегда обнаруживаю в себе скромную, но радостную надежду. Шансов стать свободной и демократической у этой страны больше, чем у любой другой территории, заселённой русскими.
