Джульетта и духи

Предположим, что человек совершает действие, пребывая в убеждении, что в том его поддерживают те или иные незримые силы того или иного масштаба, от Вседержителя до домовых (или наоборот). Каким образом он может говорить о совершающемся с грамматической точки зрения? Только обозначая субъект действия во множественном числе.

"Божиею поспешествующею милостию, Мы, Николай Второй, Император и Самодержец Всероссийский...", и далее по тексту.

В данном случае мы имеем дело не с манией величия, а с неизбежностью. Иное было бы либо оскорблением Высших сил, либо атеизмом. Не все могут позволить себе такое.