bantaputu: (Default)
[personal profile] bantaputu
Возможно, кто-нибудь станет утверждать иное, и, может быть, даже аргументированно. Но как мне кажется, театральная режиссура в России находится в длительном и глубоком - концептуальном - кризисе.

Причиной тому отнюдь не нехватка умных и талантливых режиссёров. Таковых есть у нас, и именно в том поколении, в котором нужно - пришедших в профессию уже после смены строя. Но вследствие чего-то, используя свои ум и талант, ставят они... какую-то хрень. Уж извините. Каждый при этом несчастлив по-своему, но театрального счастья не даст никто. Увы.

Как я полагаю, причина явления сего в особенностях русской психологической театральной школы и соответствующих ожиданиях театрального мира в сочетании с особенностями нашей жизни - и их взаимной плохой совместимости.

Задача русского психологического театра всегда в своей основе ставилась, как понимание сущности героя (персонажа), его истории и мотивации, психологически достоверное присвоение этой сущности актёром и уже на этой основе построение действия, рассказываемого в той или иной стилистике. Без готовности актёра принять на время спектакля существо играемого им человека как своё собственное, русский психологический театр просто не работает. Такая готовность - ключевой момент всей технологии. Задача преподавателя актёрского искусства, задача системы Станиславского и, конечно, режиссёра спектакля в том, чтобы помочь актёру в присвоении чужой личности. Всё остальное в режиссуре относится уже к деталям, определяемым вкусом и остроумием. А то, что я сказал - основа профессии и фундамент, определяющий саму возможность создания успешного спектакля.

Может быть, наши режиссёры не умеют работать с актёрами? Умеют. Серебренников, Богомолов и Бутусов - точно умеют (ограничуть этими тремя общеизвестными именами). Может быть, что-то не так с актёрами? С актёрами у нас далеко не всё идеально, прямо скажем, но далеко не настолько плохо, чтобы вообще нельзя было работать. Здесь что-то иное.

Вспомним об ещё одной особенности, теперь уже не только русского театра, но русского искусства в целом - требовательности к предмету рассказа. В принципе, русские любят, иной раз, развлечься абстракциями и созерцанием метафизики жизни вообще; популярность у нас Беккета не даст соврать. Однако, как правило, воспитанные XIX веком, мы ждём от искусства - и от театра, по крайней мере драматического - внимания к тем людям, которых мы каждый день встречаем в реальности. Не все считают, что это правильно для искусства ("тёть и дядь и дома найдете", как заметил Маяковский). Но в целом зритель ожидает внимания к себе как основы отношений с искусством, а к осмыслению жизни вне личности готов обращаться лишь эпизодически. Посему дело русского театра сам человек - такой, каков он есть. Без этого театр нам весьма умеренно интересен.

Вот с реальной личностью у нас и проблемы.

В силу всепроникающих свойств определённых общественных отношений бытующие конфликты, за редким исключением, оказываются связанными с волей людей, труднораспознаваемых художественными средствами. Давайте представим себе режисёра, объясняющего актёру, как тому играть полицейского, который инициирует проведение экспертизы крови погибшего шестилетнего ребёнка на алкоголь с целью фальсификации данных и защиты убийцы ребёнка от уголовной ответственности. Я не знаю, что полицейский делает технически - договаривается ли с экспертом, подливает ли алкоголь в пробирку или просто сдаёт свою, полицейскую, кровь вместо детской. Важно, что он это делает с совершенно определённой целью и, подозреваю, гогочет при этом. И как его играть? Если не уходить в гротеск, в отстранение, в буффонаду и стёб, а прожить в себе изображаемого субъекта (прожить не обязательно на сцене - в момент работы над ролью, чтобы понять), то как? Играя картинного злодея, Ричарда III, можно опереться на то, что это, всё же, фантастическое существо (у Шекспира, не в истории). Играя венецианского купца, нужно прибегнуть к той или иной форме преувеличения (так, у Оливье его персонаж - преувеличенно рафинированный англичанин с суперправильным произношением). А у Марло его мальтийский еврей - прямая карикатура; тут не ошибёшься и Станиславского даже не вспомнишь. Играя "позднего" Гитлера, можно сыграть глубоко увлечённого, но при этом несчастного и больного неврастеника, переживающего крах всех своих надежд и притом лишённого опоры в "ближнем кругу", в семье, которой у него почти что и нет - и тем самым выйти из положения, сделав хотя бы похоже. (А "раннего" Гитлера особенно никто и не стремится сыграть; непонятно, как его переживать, что там человеческого?) Но полицейский у нас не "ранний" и не "поздний", не фантастический и не гротескный. Он ваш сосед по подъезду, действующий здесь и сейчас. И как "присвоить" себе личность, которую можно, конечно, обозвать беспредельно наглой и циничной, но это определение никак не приблизит нас к её пониманию?

Люди, создающие наиболее острые и вызывающие широкий отклик конфликты, принадлежат словно к иной расе. Их психика устроена иначе - в том числе иначе, чем у актёров и режиссёров. И иначе, чем у большинства публики. Как сыграть конфликт, если одна из сторон конфликта - инопланетянин? Если мы в принципе не способны смоделировать его психику внутри своей - поскольку у нас отсутствуют соответствующие психологические структуры?

Есть известный и широко применяемый способ - вынести конфликт в фантастическую или фэнтезийную реальность. Этот приём позволяет создать дополнительный барьер условности, резко снижающий требования к психологической достоверности и позволяющий удовольствоваться внешней стороной дела. "Захватила Саурона враждебная магия; пропал парниша". Слово "магия" означает "не спрашивайте, как". "Это просто случилось, и всё". Современная популярность фантастики всех видов и фэнтези, как я полагаю, объясняется психологической неготовностью людей понимать тех, кто их убивает. Поэтому убийца "выносится" в "картонные фигуры" - вроде страшно, и, вроде, смысл какой-то есть, и даже похожий на жизненные реалии, но ведь понятно, что это только игра. Поэтому мозг при взгляде на убийцу не отключается (у автора произведения, в первую очередь). Искусство это, в некотором роде, сон; как увидеть во сне свою смерть? Вот так же и сыграть полицейского, решающего обвинить погибшего ребёнка в пьянстве. У вас это просто не получится - если следовать правилам, а не упрощать себе жизнь, отыгрывая только "первый план" действия, или же уходя "на второй уровень" игровой реальности - в открытую фантазию и неестественность.

А полицейские в актёры не идут.

Весь свой век человек оправдывает перед самим собой свою жизнь; иначе ему грозит самоубийство. Но как оправдать для себя того, кто оправдал для себя твою смерть?

Возможности художника, даже самого талантливого, не безграничны. Лев Толстой собирался, одно время, писать роман о Петре I. Но ознакомился с текстом, описывавшим собственноручное отрубание молодым царём стрелецких голов - притом, что Ромодановский и Шеин к моменту возвращения царя уже всё необходимое сделали, то есть царь действовал явно сверх полезного, по прихоти. И обозвал писатель царя, как мы знаем, осатанелым зверем. В чём смысл сего определения? В том, что Пётр был не человек, а чёрт с рогами? Нет, не в этом, да и не был. Смысл в том, что роман Толстому писать "размоглось". Не понимал он, как в рамках художественной правды передать стоявшее перед ним явление. Совесть не позволяла Толстому написать ложь, но совесть же и не позволяла ему представить себе человека бессовестного, каким ему показался царь. А рисовать схематичное изображение, как это было ранее сделано Толстым в отношении эпизодической фигуры "Войны и мира", Наполеона, в отношении к главному герою было бы странно и контрпродуктивно. Роман бы заведомо не получился.

Совесть. Она не позволяет лгать, но не позволяет и говорить правду о бессовестных. Точнее, она не позволяет знать правду - и, соответственно, говорить её. Выход тут один. Посему народ и безмолвствует.

А что делать режиссёрам? Можно уйти в чистое искусство - как Бутусов. На этом пути талантливого автора ждут, иной раз, удивительной красоты открытия (сколько лет прошло, а я всё помню финал "Короля Лира", с пианино - просто отец и просто его дочери, и ничего более). Но в целом это дорога от зрителя - как, возможно, это ни прискорбно. Можно, как Серебренников, решить, что ты это Вася Ложкин в театре, и давать напрямую коллективное бессознательное, как ты его видишь, только не с котиками, а с другим, на твой вкус. Но, увы, актёры не акриловые краски; краскам понимать не нужно, а актёр без понимания своего персонажа - робот, и даже темперамент не спасает. Можно, как Богомолов, опираться всё же на подлинную актёрскую игру, но существующую в рамках фантастических конструкций (использование коих, как уже отмечено, сейчас практически мейнстрим). Но это всего лишь эскейпизм, и он тоже ведёт от зрителя. От души зрителя. Публика смотрит спектакли всех трёх режиссёров, и смотрит, часто, с интересом, но в глубине души понимает, что режиссёры боятся прямого разговора, не умеют его вести. Весь более или менее остроумный шум их постановок предназначен только для того, чтобы скрыть правду. А правда в том, что традиционное русское искусство просто не умеет решать некоторые задачи. И, оставаясь самим собой, никогда не научится.

И ещё правда в том, что мы живём в одном обществе с нелюдями.
_________________________

Последним великим спектаклем русского психологического театра были "Братья и сёстры". Поставленный сверхталантливым евреем, детализированный в своём, советском, времени, но при этом полностью русский националистический спектакль. В нём нелюдей просто не было; история о русском народе обошлась без них.

.
From:
Anonymous( )Anonymous This account has disabled anonymous posting.
OpenID( )OpenID You can comment on this post while signed in with an account from many other sites, once you have confirmed your email address. Sign in using OpenID.
User
Account name:
Password:
If you don't have an account you can create one now.
Subject:
HTML doesn't work in the subject.

Message:

 
Notice: This account is set to log the IP addresses of everyone who comments.
Links will be displayed as unclickable URLs to help prevent spam.

Profile

bantaputu: (Default)
bantaputu

July 2017

S M T W T F S
      1
234 5678
9 1011121314 15
16171819202122
23242526272829
3031     

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 25th, 2017 12:48 am
Powered by Dreamwidth Studios